Анализ иммунофенотипирования лимфоцитов у больных с аллергическим ринитом и атопическим дерматитом

(Г.Г. КАБУЛОВ, А.А. ЭЮБОВА, Г.М. НАСРУЛЛАЕВА АЗЕРБАЙДЖАНСКИЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ)

СOMPARATIVE ANALYSES OF LYMPHOCYTE IMMUNOPHENOTYPING IN PATIENTS WITH ALLERGIC RHINITIS AND ATOPIC DERMATITIS

G.G. Kabulov, A.A. Ayubova, G.M. Nasrullayeva

The aim of our research was to study the immune indexes in children aged 13-14 years with different variants of atopy (allergic rhinitis and atopic dermatitis) lived in the big industrial city and mountains region with favorable environment. It was determined that significant changes in immune system were in children with different kinds of atopy. We found out that the main changes were in urban population.

 

Атопические заболевания относятся к распространенным заболеваниям детского возраста и чаще всего бывают обусловлены генетической предрасположенностью к аллергии. Наиболее часто эта патология встречается среди детей, проживающих в регионах с высоким уровнем загрязнения воздушной среды выбросами промышленного производства и выхлопными газами автомобилей [1–6]. Природа атопии комплексна, в ее развитии участвуют как генетические, так и внешнесредовые факторы [1, 4, 7, 8].

Данными многих исследований доказано, что в основе атопической конституции лежат нарушения иммунитета, при которых прослеживается дисбаланс между Тh1- и Тh2-клетками в сторону повышения активности последних [1, 5]. Как известно, Th2-клетки синтезируют ряд интерлейкинов, стимулирующих В-клеточную активность и вследствие этого повышение продукции IgЕ, индуцируют активность и пролиферацию эозинофилов, увеличивают экспрессию антигенов гистосовместимости 2-го класса, служат фактором роста тучных клеток. Особенностью IgЕ-антител является избирательная способность фиксироваться с помощью высокоаффинного рецептора на тучных клетках шоковых органов. При взаимодействии аллергена с IgЕ, фиксированными на поверхности тучных клеток, возникает их активация с последующим высвобождением медиаторов аллергии, провоцирующими биологические эффекты в виде отека, повышения сосудистой проницаемости, гиперсекреции слизистых желез, сокращения гладкой мускулатуры, раздражения периферических нервных окончаний. С другой стороны, медиаторы воспаления стимулируют миграцию эозинофилов и Тh2-клеток в покровные ткани (слизистые оболочки, кожу). В зависимости от локализации патологического процесса диагностируются респираторные, кожные проявления или сочетанные формы атопии.

Целью нашей работы стало изучение показателей иммунной системы у детей в возрасте 13–14 лет с различными вариантами проявления атопии – аллергическим ринитом (АР) и атопическим дерматитом (АД), проживающих в условиях промышленного города (I группа) и в экологически благоприятном горном регионе (II группа).

Пациенты и методы. В исследовании участвовали 28 больных из города (14 детей с АР и 14 детей с АД) и 23 пациента из горного региона (АР) (12 детей с АР и 11 детей с АД). Контрольную группу составили 17 практически здоровых школьников соответствующего возраста из обоих регионов. Работа выполнена по протоколу международной программы ISAAC (International Study of Asthma and Allergies in Childhood).

Изучение иммунного статуса включало оценку ряда показателей иммунитета в сыворотке крови: фенотипирование иммунокомпетентных клеток (CD3+, CD4+, CD8+, CD19+) методом проточной цитометрии на аппарате FAXScan (USA) и определение уровней сывороточных IgМ, IgA, IgG, общего IgE методом твердофазного иммуноферментного анализа.

При обработке полученных данных применены методы описательной статистики, ранговый критерий Уилкоксона-Манна-Уитни с использованием статистической программы Biostat.

Обсуждение. Результаты исследований показали, что у городских детей с АР отмечался существенный сдвиг ряда показателей иммунного гомеостаза. Так, у них было значительно понижено общее количество Т-лимфоцитов (CD3+) (p<0,001), Т-хелперов (CD4+) и Т-супрессоров (СD8+) (p<0,05) клеток. Однако достоверное понижение процентного содержания как общего количества Т-лимфоцитов, так и основных субпопуляций не всегда сопровождалось параллельным снижением абсолютного количества лимфоцитов в 1 мкл крови. Мы в первую очередь выявили снижение абсолютного числа CD4+ и CD8+ лимфоцитов, что и привело к незначительным отклонениям иммунорегуляторного индекса (ИРИ) от нормативных значений.

Вместе с этим нами обнаружен дисбаланс показателей и в системе гуморального иммунитета у городских детей с АР. У данного контингента больных, в сравнении с контрольной группой, были повышены уровни IgG (р<0,009) и общего IgЕ (р<0,001), который синтезировался 5 раз больше, чем у детей в контрольной группе. Необходимо отметить, что в этом регионе уровень сывороточного и секреторного (в отделяемом из носа) IgA оказался значительно понижен по сравнению с контрольной группой (р<0,001).

В горном регионе изменения иммунного гомеостаза не были столь существенными. Так, по сравнению с контрольной группой здесь были выявлены изолированный дефицит CD4+ лимфоцитов (р<0,001) и значительное повышение уровня IgЕ (р<0,001). Сравнение показателей иммунологической реактивности у детей с АР в сравниваемых регионах показало, что в I группе наблюдается более манифестный дисбаланс в показателях клеточного состава, особенно количества Т-лимфоцитов (р<0,001).

 

Дисбаланс был выявлен и в показателях неспецифического иммунитета (рис. 1).

Если показатели фагоцитарной активности макрофагов не отличались от аналогичных значений у практически здоровых детей, то значения ЦИК, С3- и С4- компонентов комплемента были достоверно повышены (соответственно р=0,002 и р=0,015; р<0,001). Полученные результаты показали, насколько существенно у детей с АР из города были выражены нарушения в функционировании неспецифического звена иммунной системы, связанные с наличием местного воспалительного процесса в виде аллергического отека, гиперсекреции, клеточной инфильтрацией тканей и т.д. Обращает на себя внимание тот факт, что у детей, проживающих в городе, значительно выше содержание IgG (р=0,008) в сыворотке крови и, наоборот, существенно понижен уровень IgA (р=0,004) как в сыворотке, так и в назальном секрете по сравнению с обследованными в горном регионе. За исключением С4-компонента комплемента, уровень которого в городе оказался несколько выше, чем в горном регионе (р=0,033), остальные показатели неспецифической иммунной системы в сравниваемых группах достоверно не отличались.

Таким образом, проведенные в различных регионах страны исследования показали, что у детей с АР, проживающих в городе, нарушения функции иммунной системы носили более выраженный характер. Причем эти нарушения касались специфических механизмов иммунитета (как клеточного, так и гуморального его звена), а также показателей местной резистентности.

Изучение клеточного иммунитета у городских детей с АД также выявило наличие выраженного сдвига в ряде показателей иммунного гомеостаза. Так, у них было значительно понижено общее количество Т-лимфоцитов (CD3+) (р<0,001), умеренно снижено количество Т-хелперов (CD4+) и Т-супрессоров (СD8+) (p<0,05). В отличие от больных детей с АР при данном виде атопии нами выявлено достаточно схожее снижение как абсолютного, так и относительного содержания лимфоцитарных популяций у детей с АД. Одновременное снижение CD4+ и СD8+ субпопуляций не оказало существенного влияния на иммунорегуляторный индекс (1,7±0,09). Наряду с изменениями клеточного состава иммунитета нами обнаружен дисбаланс показателей и в системе гуморального иммунитета. При сравнении с контрольной группой было выявлено значительное повышение уровня иммуноглобулинов G (р<0,001) и понижение IgM (р=0,003) и IgA (р<0,001) в сыворотке крови. Необходимо особо отметить очень высокую продукцию общего IgE у этих детей (363±75,5 нг/мл при 49,7±6,7 нг/мл в контрольной группе), превышающую аналогичные показатели у детей всех остальных обследуемых групп (рис. 2).

 

Значительные изменения были обнаружены и в показателях неспецифического иммунитета у детей с атопическим дерматитом, проживающих в городе. Так, если фагоцитарная активность макрофагов была понижена (р=0,006), то значения ЦИК, С3- и С4- компонентов комплемента были существенно повышены (соответственно р=0,002; р=0,008; р<0,001), что свидетельствует о нарушении местного иммунитета при локализации воспалительного процесса на слизистых оболочках (рис. 3).

 

Полученные данные показали, насколько существенно у детей с атопией из города были выражены нарушения в функционировании иммунной системы. В горном регионе изменения в иммунной системе оказались менее выраженными и проявлялись в достоверном понижении CD4+ клеток, умеренном снижении синтеза сывороточного иммуноглобулина А и значительном повышении уровня IgЕ (р<0,001).

Таким образом, проведенные исследования позволили установить существенные изменения иммунного статуса детей с различными вариантами атопии. Вместе с этим обнаружен значительный дисбаланс ряда показателей иммунного дисбаланса у детей, проживающих в условиях города, по сравнению с группой детей из горной местности. Все вышеизложенное свидетельствует о важной роли внешнесредовых факторов в реализации генетической предрасположенности к различным атопическим заболеваниям.

ЛИТЕРАТУРА

1. Балаболкин И.И. Бронхиальная астма у детей. М.: Медицина, 2003:320 с.

2. Биличенко Т.Н., Чучалин А.Г., Ефименко Н.В., Фурсов Н.А. Распространенность аллергических заболеваний и их факторов риска среди детей 6–7 лет. // Пульмонология, 2006;1:5-17.

3. Мизерницкий Ю.Л. Значение экологических факторов при бронхиальной астме у детей. // Пульмонология 2002;1:56-62.

4. Студеникин М.Я., Ефимова А.А. Актуальные проблемы влияния окружающей среды на здоровье детей. М.: Медицина, 1998:7-18.

5. Хаитов Р.М., Пинегин Б.В., Истамов Х.И. Экологическая иммунология. М., 1995:219 с.

6. Cengizlier M.R., Misirlioglu E.D. Evaluation of risk factors in patients diagnosed with bronchial asthma. // Allergol. Immunopatho.l (Madr). 2006 Jan-Feb;34(1):4-9.

7. Blumenthal M.N. The role of genetics in the development of asthma and atopy. // Curr. Opin. Allergy Clin. Immunol. 2005 Apr;5(2):141-5.

8. Marks G.B. Environmental factors and gene-environment interactions in the aetiology of asthma. // Clin. Exp. Pharmacol. Physiol. 2006 Mar;33(3):285-9.

Обсуждение закрыто.

Яндекс.Метрика